Комсомолец Виктор Петухов задумчиво жевал бутерброд, глядя в полузамерзшее окно, когда его позвали к телефону. Привычно зацепившись в темном коридоре за висящий на стене велосипед, он взял трубку:
- Алло...
Трубка ответила звонким голосом комсорга Клюквина:
- Витя, здорово. Сегодня в шесть тебя ждут в райкоме комсомола, комиссия,- и с деланным воодушевлением добавил- На повышение пойдешь.
Виктор пробурчал что- то недовольное про субботу, и, не дожидаясь ответа, повесил трубку.
Вернувшись в комнату, допил остывший чай и опять уставился в окно. Подходил к концу декабрь, но праздника не ощущалось. В следующем, семьдесят пятом, ему будет двадцать шесть, а чем он занимается? Чертит в бюро химавтоматики какие- то трубки под двенадцатизначными секретками, а куда они- начальник отдела при этом вопросе делает обычно круглые глаза и бормочет:
- Петухов, да вам то что за дело, главное- на благо советского общества!
Какого нахуй блага общества, ботинки югославские через профком опять Ивану Арсентьичу достались, а ты, Витя, молодой специалист, вот будет у тебя рацпредложений, как у Арсентьича- так и ботинки будут, и в санаторий в Крыму путевка. Заебало короче все, еще сегодня в райком переться, хотя... С той поры, как Таня уехала на БАМ, делать ему в выходные было решительно нечего.
Таня... Вспоминать о ней было больно, поэтому Виктор бросился на диван, рывком спустил треники до колен и подрочил, представляя белую рыхлую задницу, которую он, впрочем, так и не успел увидеть- они всего пару месяцев встречались, ходили в кино, на концерт и даже один раз поцеловались. Но богатая фантазия помогала представить повариху- хохотунью в таких развратных позах, будто на черно- белых фотках с голыми бабами, которые ему тайком показывал один знакомый в институтской общаге.
Читать далее »