"Нас больше, и русский язык — наш язык!": латвийского депутата, осудившего дерусификацию страны, удалили…

Алексей Росликов в своей речи прошёлся по политическим репрессиям против русскоязычного населения, которое, на минуточку, в Латвии составляет чуть ли не половину жителей страны.




Настоящим скандалом закончилось очередное заседание парламента в Латвии. Алексей Росликов жёстко осудил притеснение русскоязычных в стране, выступая против включения в повестку заседания Сейма декларации "об устранении лингвистических последствий русификации". Депутат начал речь на латышском, а после перешёл на русский язык.После его эмоциональной речи в зале раздались возмущённые выкрики.Росликов был вынужден уйти на своё место, где продолжил отвечать на гневные реплики уже на латышском языке. В результате депутату пришлось покинуть заседание парламента. В конце мая сейм Латвии  изменил внутренний распорядок. И теперь, согласно новым правилам, парламентарии не имеют права разговаривать на каком-то ином языке кроме латышского в рабочих помещениях и во время общения с гражданами страны. Использование других языков противозаконно, и Росликов, перейдя на русский, по мнению парламентариев, демонстративно нарушил закон.Поведение депутата в Сейме не могло не остаться незамеченным, и глава Минюста Латвии Либиня-Эгнере в соцсети X (бывший Твиттер) заявила, что этот инцидент будет расследоваться. "Высказывания Росликова, ставящие под сомнение латышский язык как единственный государственный язык, категорически неприемлемы, они угрожают государственности Латвии и разделяют общество", - написала она.Ее мнение разделяют и другие латыши, требующие наказания Росликова

Поведение латвийского депутата будет расследовать Центр государственного языка Латвии, находящийся в ведении министра юстиции и участвующий в реализации языковой политики. Если административное дело переквалифицируют в уголовное, Центр будет сотрудничать с латвийской полицией, отметила Либиня-Эгнере.Сам же депутат ничуть не жалеет о своём поступке. "Если сейм считает целесообразным рассматривать чисто теоретический запрет на то, чтобы человек был самим собой в публичном пространстве, то, на мой взгляд, стоит дать самое жесткое объяснение", - отметил Росликов.