16 мая 2016 года в 14:00
Про "деды воевали" в Бельгии
Расскажу-ка я вам, как про войну рассказывают детям в той школе, куда пойдет мой сын в следующем учебном году.
Берут они с собой старшеклассников, которым по 16-18 лет, и едут куда-нибудь по местам боевой славы, в местные аналоги деревни Крюково. Там у всего класса отбираются все гаджеты. А взамен выдается рация, одна на взвод, каждому - вещмешок, оружие и форма, взаправдашняя - когда-то принадлежала участнику войны. На шею каждому вешается опознавалка - кто-то становится сержантом Янссеном, кто-то рядовым Ван Молем, имена все из того взвода, который конкретно эту деревню оборонял. Высаживают всю ватагу километров за 15 от деревни, и топают детки по жаре со всем своим барахлом.
Часа 2-3 топают. Оружие, которое не так много весит поначалу, становится очень тяжелым. Рюкзак натирает плечи. Хочется бросить тяжеленные вещмешки и полежать. Хочется поболтать, подурачиться, а нельзя. Тот, кому сержант достался, должен всю эту толпу держать в порядке - чтоб шли тихо, не орали, не отставали, вперед не забегали и не дурили (представьте себя 17-летнего на месте какого-нибудь пацана, которому надо внезапно сдерживать 15 человек своих одноклассников).
Доходят они до деревни, тут их преподаватель-командир ведет к дому, останавливаются. - Кто тут рядовой Ван Мол? - Я! - Когда ваш взвод подошел к этому месту, рядовой Ван Мол подорвался на мине возле этого дома. С этого момента "рядовой" молчит. Идут дальше. - Кто тут рядовой Стевенс? - Я? В этом месте взвод был атакован, рядовой Стевенс был ранен в бедро и погиб на месте от потери крови, помощь не успела подойти. И так идут они дальше, пока не доходят до кладбища, и не видят, как стоят в ряд, один за другим, камни с именами тех, чьи опознавалки у них на шее. И понимают, что из 15 в живых остались двое - таких же, как они, восемнадцатилетних салаг, которым хотелось дурачиться, слушать музыку, трепаться с противоположным полом, танцевать и целоваться, а вместо этого - жажда, голод, холод, боль, страх, усталость, и для очень многих - внезапная и страшная смерть.
А песен про "Хотят ли бельгийцы войны" тут нет, если не ошибаюсь. И про "деды воевали" я тут никогда не слышала.
http://himba.livejournal.com/838190.html
Берут они с собой старшеклассников, которым по 16-18 лет, и едут куда-нибудь по местам боевой славы, в местные аналоги деревни Крюково. Там у всего класса отбираются все гаджеты. А взамен выдается рация, одна на взвод, каждому - вещмешок, оружие и форма, взаправдашняя - когда-то принадлежала участнику войны. На шею каждому вешается опознавалка - кто-то становится сержантом Янссеном, кто-то рядовым Ван Молем, имена все из того взвода, который конкретно эту деревню оборонял. Высаживают всю ватагу километров за 15 от деревни, и топают детки по жаре со всем своим барахлом.
Часа 2-3 топают. Оружие, которое не так много весит поначалу, становится очень тяжелым. Рюкзак натирает плечи. Хочется бросить тяжеленные вещмешки и полежать. Хочется поболтать, подурачиться, а нельзя. Тот, кому сержант достался, должен всю эту толпу держать в порядке - чтоб шли тихо, не орали, не отставали, вперед не забегали и не дурили (представьте себя 17-летнего на месте какого-нибудь пацана, которому надо внезапно сдерживать 15 человек своих одноклассников).
Доходят они до деревни, тут их преподаватель-командир ведет к дому, останавливаются. - Кто тут рядовой Ван Мол? - Я! - Когда ваш взвод подошел к этому месту, рядовой Ван Мол подорвался на мине возле этого дома. С этого момента "рядовой" молчит. Идут дальше. - Кто тут рядовой Стевенс? - Я? В этом месте взвод был атакован, рядовой Стевенс был ранен в бедро и погиб на месте от потери крови, помощь не успела подойти. И так идут они дальше, пока не доходят до кладбища, и не видят, как стоят в ряд, один за другим, камни с именами тех, чьи опознавалки у них на шее. И понимают, что из 15 в живых остались двое - таких же, как они, восемнадцатилетних салаг, которым хотелось дурачиться, слушать музыку, трепаться с противоположным полом, танцевать и целоваться, а вместо этого - жажда, голод, холод, боль, страх, усталость, и для очень многих - внезапная и страшная смерть.
А песен про "Хотят ли бельгийцы войны" тут нет, если не ошибаюсь. И про "деды воевали" я тут никогда не слышала.
http://himba.livejournal.com/838190.html
Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться:
Смотри также
не поверите, у нас такое тоже есть — и реконструкция, максимально приближенная к "тем" условиям, с копанием окопов, как в армии, "для стрельбы с лошади стоя", да по жаре; и марш-бросок в полной выкладке, с ММГ мосинок, подсумками, противогазами и котелками..или как мне 14-летний мальчик рассказывал взахлёб, как они, будучи на Вахте Памяти, бойцов РККА находили в Мясном Бору, а потом бережно поднимали и захоранивали. В 14-то лет, скелеты, кости и прочие останки доставать и опознавать..Но нет, всем будут рассказывать, какое у нас тут везде быдло, как мы все дружно пьём на 9 мая, и чуть ли не на костях ещё живых ветеранов пляшем. Каждый видит то, что хочет увидеть, как говорится, подобное к подобному.
И, да, чуток цитат — ну, чтобы разбавить мёд подобных высеров про Бельгию
"Бельгия оставалась нейтральной с начала Второй Мировой Войны до германского вторжения на её территорию 10 мая 1940 года. 28 мая 1940 года бельгийские вооружённые силы капитулировали по приказу короля Леопольда III. В дальнейшем из бельгийских добровольцев были сформированы две дивизии SS (27я фламандская и 28я валлонская)". Или в статье речь как раз про Waffen SS речь идёт? И, да, герои — держались аж 18 дней. У нас в Сталинграде за это время немцы даже с одной стороны улицы на другую перейти не смогли, а в демократической Европе захватили целую страну. Парадокс, не иначе